1891 коап рф

admin

1891 коап рф

Белогорский районный судебный участок

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

14 октября 2015 г. г. Белогорск

Мировой судья Амурской области по Белогорскому районному судебному участку Мальцева А.В., при секретаре Гаврошенко Н.В.,

С участием лица, привлекаемого к административной ответственности – Колесниченко Е.Н., которой разъяснены права, предусмотренные ч.1 ст. 25.1 коАП РФ

Рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела об административном правонарушении в отношении

привлекаемой к административной ответственности, предусмотренной ч.1 ст. 6.9 КоАП РФ – Потребление наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 20.20 , статьей 20.22 настоящего Кодекса

У С Т А Н О В И Л:

… 2015 года в вечернее время суток Колесниченко Е.Н., находясь по месту своего жительства в доме № … по ул. З. с. М. Белогорского района Амурской области, употребила наркотическое средство каннабисной группы путём курения без назначения врача.

Колесниченко Е.Н. в судебном заседании вину признала и пояснила, что действительно 26 июня 2015 года употребила наркотическое средство путём курения, так как решила попробовать и расслабиться, до этого случая и после него, наркотики не употребляла и не употребляет, зависимости не имеет. С протоколом согласна.

Мировой судья, выслушав Колесниченко Е.Н., исследовав материалы дела, оценив доказательства, приходит к следующему:

Объектом данного административного правонарушения, являются здоровье населения, общественная нравственность.

Объективная сторона анализируемого правонарушения состоит в том, что виновный: 1) потребляет (путем внутривенного введения в организм, курения, нюхания и т.п.) наркотические средства и (или) психотропные вещества без назначения врача. Оконченным оно считается с момента совершения действия — потребления упомянутых средств и веществ;

2) допускает упомянутое потребление дома, в личном транспорте и т.п. уединенном месте.

Субъектом данного правонарушения являются только граждане (т.е. вменяемые физические лица, достигшие возраста 16 лет).

Субъективная сторона правонарушения состоит в том, что виновный действует с прямым умыслом, поскольку осознает противоправный характер своего деяния.

С рок привлечения Колесниченко Е.Н. к административной ответственности, по ч.1 ст. 6.9 КоАП РФ, предусмотренный ч.1 ст. 4.5 КоАП РФ, на день рассмотрения дела, не истёк.

В соответствии с ч.2 ст.26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Вина Колесниченко Е.Н., в совершении данного правонарушения, подтверждается протоколом об административном правонарушении № … от 15.09.2015 года, из содержания которого следует, что ….2014 г. без назначения врача она употребила наркотическое средство каннабисной группы путём курения; протоколом медицинского освидетельствования № … от . 2015 года, согласно которому установлен факт потребления Колесниченко Е.Н. каннабиноидов, состояние её одурманивания вызвано употреблением каннабиноидов; рапортом полицейского Калашникова П.П. от 26.06.2015 г.

Допустимость и достоверность доказательств, имеющихся в деле, не вызывает у суда сомнения, поскольку они получены с соблюдением требований действующего законодательства, и не доверять им у суда нет оснований.

Материалами дела, представленными суду, установлено наличие в действиях Колесниченко Е.Н. события и состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрено ч.1 ст.6.9 КоАП РФ.

Обстоятельством, смягчающим административную ответственность Колесниченко Е.Н. является признание вины. Обстоятельств, отягчающих административную ответственность Колесниченко Е.Н. по делу нет.

Санкцией ч.1 ст. 6.9 КоАП РФ предусмотрено наказание в виде наложения административного штрафа в размере от четырех тысяч до пяти тысяч рублей или административный арест на срок до пятнадцати суток.

Учитывая, что Колесниченко Е.Н. не работает и не подпадает в категорию лиц, к которым в силу ч.2 ст. 3.9 КоАП РФ не может быть применено наказание в виде ареста, мировой судья считает необходимым назначить Колесниченко Е.Н . наказание в виде административного ареста.

При назначении вида и размера наказания, суд учитывает все обстоятельства дела, личность виновного, характер правонарушения, степень общественной опасности содеянного, наличие смягчающего и отсутствие отягчающих обстоятельств дела.

В силу ч.2.1 ст. 4.1 КоАП РФ — При назначении административного наказания за совершение административных правонарушений в области законодательства о наркотических средствах, психотропных веществах и об их прекурсорах лицу, признанному больным наркоманией либо потребляющему наркотические средства или психотропные вещества без назначения врача либо новые потенциально опасные психоактивные вещества, суд может возложить на такое лицо обязанность пройти диагностику, профилактические мероприятия, лечение от наркомании и (или) медицинскую и (или) социальную реабилитацию в связи с потреблением наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача либо новых потенциально опасных психоактивных веществ. Контроль за исполнением такой обязанности осуществляется уполномоченными федеральными органами исполнительной власти в порядке , установленном Правительством Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ч.1 ст.6.9, ст.ст. 29.9, 29.10 КоАП РФ, мировой судья

П О С Т А Н О В И Л:

Колесниченко Е.Н. признать виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.6.9 КоАП РФ и назначить наказание в виде административного ареста на срок 1 (одни) сутки.

Срок ареста исчислять с 13 час. 00 мин. 14 октября 2015 года.

Обязать Колесниченко Екатерину Николаевну в течение 10 дней со дня вступления постановления в законную силу, пройти диагностику в связи с потреблением наркотических средств или психотропных веществ без назначения врача, в филиале ГБУЗ Амурской области «Амурский областной наркологический диспансер» по адресу: г. Белогорск, ул. Кирова, д. 170-б.

Контроль за исполнением Колесниченко Е.Н . данной обязанности, возложить на МО МВД России «Белогорский».

Постановление может быть обжаловано в Белогорский городской суд в течение 10 суток со дня вручения или получения копии постановления.

Вопросы административной ответственности за нарушение ПДД

Достаточно часто к юристам обращаются автомобилисты с просьбой помочь им обжаловать протокол ГИБДД, составленный по факту административного правонарушения.

Выслушав такое обращение, любой грамотный юрист сразу же объяснит гражданину, что сам по себе, административный протокол не обжалуется, поскольку, он не является окончательным документом по делу и в нем не содержится решения о привлечении к административной ответственности.

Добрый день, уважаемые посетители сайта «Автоправовед»! В нашей сегодняшней статье мы поговорим об ответственности, которая установлена за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, а также расскажем, какой вид наказания чаще всего назначают суды по этой статье.

Караев Георгий Николаевич (1891-1984)

Караев Георгий Николаевич (1891-1984)

Разные времена, разные судьбы: Георгий Караев

Татьяна Наместникова
ученый секретарь частного учреждения культуры «Историко-культурный центр «САМОЛВА»

Многие ученые в последнее время признают, что человек, оказавшийся на грани жизни и смерти, с высокой вероятностью приобретает некоторые качества, отличающие его от обычного человека. «Генерал-майор Георгий Николаевич Караев (24 июня 1891 — 14 мая 1984), преподаватель одной из ленинградских военных академий в конце декабря 1956 года откомандирован был в Москву и расположился, как полагалось, в генеральском люксе гостиницы ЦДСА. Целый день занимался он делами, а вечером решил сходить в театр Советской армии, благо – напротив гостиницы. До спектакля оставалось еще время, и Караев в раздумье остановился на лестнице стилобата театра, когда почувствовал, что кто-то коснулся его плеча. Генерал резко повернулся – он терпеть не мог панибратства, — перед ним стоял маленький старичок и улыбался:

— Товарищ генерал, разрешите сообщить одну вещь!

— Я вас слушаю, — несколько натянуто сказал Караев, поскольку ситуация вообще казалась странной.

— Вы проживете девяносто два года, — так же улыбаясь, порадовал незнакомец.

Какой-то сумасшедший, — подумал Караев, — и, не оглядываясь, зашагал прочь. Потому что, хоть и был единственным в советской армии беспартийным генералом, терпеть не мог всякой мистики. Однако, подумав и остыв, решил порасспросить старичка о причинах столь нелепого сообщения. Но того и след простыл…»[1]

Этот случай, о котором генерал рассказывал как о смешном недоразумении, потому что было ему тогда всего-то лет семьдесят, слышал в начале шестидесятых В.А. Потресов, когда Караев бывал в их доме. Впрочем, эта была лишь одна из множества необыкновенных историй, связанных с его, без преувеличения, насыщенной событиями жизнью.

Отец Георгия, Дудар Караев родился в горном ауле Цмти, что в Северной Осетии. По легенде, фамилия происходит от деда генерала, который слыл на Кавказе известным разбойником. В черной бурке, на черном коне в сумерках он появлялся на горных тропах. Припозднившиеся купцы в ужасе восклицали: «Кара чи дэ?», что означает: «Черный, кто ты?». Совершив свое темное дело, абрек укрывался в неприступном ауле, спрятавшись в родовую боевую башню. Однако когда на Кавказ пришел генерал Ермолов и стал из пушек палить по казавшимся неприступными башням, пришлось изменить образ жизни, и семья Караевых перебралась на равнину.

Дудара крестили, и он получил православное имя Николай. Однако, он оставался «диким горцем», был неграмотен, но смел и справедлив, добр и внимателен к людям. Но гены не давали покоя молодому осетину. В 1875 году поднялось восстание южных славян в Боснии и Герцеговине[2], поддержанное Сербией и Черногорией. Многие русские люди отправились добровольцами (как тогда говорили «охотниками») на помощь восставшим. Был среди них и житель далекого кавказского селения Ольгинское осетин Николай Караев. Мужеством и отвагой заслужил Николай уважение и признание соратников. Ему, простому горцу сербский князь Милан жалует офицерский чин, орден и серебряную медаль за храбрость[3].

Отступление. Вот ещё один весьма интересный персонаж из русских добровольцев в Сербии. «Среди добровольцев были люди удивительной судьбы. Скажем, солдат Василий Кочетов. Родившийся в 1785 году, он участвовал в Отечественной войне 1812 года, сражался при Бородине, Лейпциге, вошел в 1814 году в Париж. Воевал в русско-турецкую войну 1828-1829 годов, принимал участие в военных действиях в Польше и на Кавказе, где был трижды ранен. Во время Крымской войны снова был ранен в Севастополе, на знаменитом Корниловском бастионе. После выздоровления служил в Средней Азии, участвовал в Хивинском походе. В 1877 году, сражаясь на Шипке, снова был ранен, лишился ноги и был отправлен в бессрочный отпуск. Участвуя в десяти войнах и кампаниях, В.Н. Кочетов был шесть раз ранен и заслужил 32 знака отличия, в том числе, три солдатских Георгиевских креста. Умер он в 1892 году в возрасте 107 лет»[4].

Когда в 1877 году началась русско-турецкая война, Н. Караев подает прошение о зачислении его «охотником» в болгарское ополчение. Его не смущало, что по законам российской империи не признавались офицерские чины, присвоенные за границей. Просьба была удовлетворена, и Караев зачисляется в Третью дружину ополчения рядовым – ординарцем командира дружины подполковника П. П. Калитина[5]. Ему довелось участвовать во многих разведывательных операциях. Принимал он участие и в знаменитом сражении при Ески-Загре.

Накануне боя он был послан в разведку и лично докладывал генералу Столетову о расположении войск Сулеймана-паши, а далее произошли те самые события, что прославили болгарское ополчение и особенно его Третью дружину[6]. Ординарцу командира, Дудару приходилось под огнем передавать распоряжения Калитина, самому участвовать в рукопашной.

Из записок очевидца: «Перекрестный огонь вывел из строя почти половину дружины. Ополченцы не успевали наклониться, чтобы оказать помощь раненому, как тут же падали, подкошенные пулями противника. Ополченец Николай Дудар, ординарец командира дружины, после смерти последнего отдал свою лошадь раненому ротному командиру и, отстреливаясь, продолжал отступать пешком. Турки, увидев человека в черкеске, стрелявшего в них, сразу окружили Дудара, пытаясь взять его в плен живым. Но храбрый воин не растерялся: выхватив саблю и кинжал, он тут же уложил шесть человек и продолжал отступать к своим…»[7]

По свидетельству командира бригады принца Ольденбургского[8], Караев неоднократно совершал подвиги отличительной храбрости.

Во время обороны Шипки обе стороны старались во что бы то ни стало овладеть единственным горным ключом, который находился в ущелье на ничейной земле. Но все попытки захватить родник оканчивались неудачно. И все же Николаю Караеву с группой смельчаков удалось это сделать. Под покровом ночи они совершили дерзкий и неожиданный для неприятеля рейд и после тяжелого боя заняли ущелье, где находился родник. В этом бою Караев был ранен, но остался в строю. И только после второго тяжелого ранения его отправили в лазарет.

В доме Георгия Николаевича Караева хранилось много предметов принадлежащих его отцу. Среди них турецкий кремневый пистолет, имеющий свою историю:

«Однажды, во время русско-турецкой войны, на горной тропе к Дудару подбежал болгарский мальчуган. Отчаянно жестикулируя, он пытался что-то ему объяснить. Дудар понял, что в поселке, откуда прибежал мальчик, случилось что-то неладное, и вместе с ним поскакал к месту происшествия. Когда они прибыли в поселок, то увидели дюжего башибузука, который пытался увезти с собой молодую болгарку.

Шашка Караева вынесла справедливый приговор насильнику. Но в это мгновение из-за угла появился второй башибузук. Осадив коня, он в упор выстрелил в Караева, но по счастливой случайности промахнулся. И на сей раз шашка свершила правый суд над врагом. А пистолет, тот самый, из которого стрелял башибузук, стал трофеем победителя…»[9]

За участие в сербско-турецкой и русско-турецкой войнах и за проявленные мужество и героизм Николай Караев был награжден 17 русскими, болгарскими, сербскими и румынскими орденами и медалями, в том числе двумя Георгиевскими крестами.

Навоевавшись, Николай приехал в Петербург. Часто с другом они ходили на музыкальные вечера (или на музыку, как тогда говорили), которые устраивались в Петергофе. Там он влюбился в девушку, дворянку из рода Гуляевых – Ольгу Николаевну Гуляеву, ответившую ему взаимностью, и, как принято на Кавказе, украл ее. 24 июня 1891 года у них родился сын, которого назвали Георгием в ознаменование того, что его отец — Дудар (Николай) Караев был георгиевским кавалером[10].

В детстве Георгий (родные звали его Юрой) часто слушал увлекательные рассказы отца о подвигах и мужестве русских солдат и болгарских ополченцев, и уже тогда мальчик решил посвятить себя военной службе. Но получить хорошее образование сыну дворянки и простого осетинского горца было непросто. Родня матери не хотела мириться с тем, что их дочь самовольно выбрала себе мужа и без благословения родителей вступила в брак (?). На помощь пришел (двоюродный) брат сестры …., который устроил Георгия в лучшую гимназию в Петербурге, которую Георгий окончил ее с отличием в 1910г., а затем и Павловское военное училище (1912) и был произведен в подпоручики.

Молодой офицер оказался в полку лейб-гвардии Императрицы. Началась блестящая светская жизнь, романы, увлечения, даже дуэли. Несколько раз Караеву доводилось беседовать с императором Николаем, правда, о пустяках. Георгий Николаевич вспоминал, как неуютно чувствовал себя под пытливым взглядом Старца – Григория Ефимовича Распутина. В те же годы Караев женился на Марии Александровне, дочери предводителя рязанского дворянства.

О своей службе в царской армии Георгий Караев вспоминает:

«Среди офицеров полка были сыновья генералов, дворян — люди, обладавшие личным состоянием… Мое положение было сложным по отношению к ним. Мне приходилось умалчивать о том, что у меня единственным средством к существованию является мое жалование…

Так я оказался в стороне от тогдашнего офицерства и никогда не имел с ним тесного сближения. В первую мировую войну выступил командиром роты, участвуя в боях на реке Неман. Рота, которой я командовал, отразила здесь повторные атаки двух немецких кавалерийских полков, стремившихся захватить в этом месте шоссейную переправу через р. Неман. За этот бой я был награжден георгиевским оружием.

Весной 1915 года был переведен в крепость Зегрж, где принимал участие в боях на реке Нарев и в последующем отступлении и арьергардных боях под Варшавой, за Беловежскую пущу и на подступах к Минску. После ранения и выздоровления я был назначен командиром 7-й роты 171-го пехотного запасного батальона. Там я не раз был свидетелем того, как маршевые роты отправлялись на фронт плохо одетыми и обутыми из-за воровства офицеров батальона. Когда я распорядился свою роту одеть не в старую одежду и обувь, а в новую, меня обвинили «в превышении власти», возбудили судебное дело и осудили «к 6 месяцам крепости» с отбытием наказания после войны.

Осенью 1916 года я был направлен в Галицию. Участвовал в боях на Буковине и в Румынии. Здесь в окопах встретил весть о свержении царизма. Тогда же я был избран солдатами сперва в ротный, а затем в полковой комитет. Принял командование батальоном…»[11]

Летом 1917-го батальон, которым командовал штабс-капитан Караев, держал позиции в Бессарабии, неподалеку от местечка Пыреу-Сухое. Противники лениво постреливали, иногда возникала артиллерийская дуэль. Для обсуждения плана смен рот Караев собрал у себя в землянке их командиров. В этот момент тяжелый немецкий снаряд пробил бревна наката. Из находившихся в землянке, чудом уцелел один комбат: бревна упали таким образом, что прикрыли его от осколков. Караев получил тяжелейшую контузию, и был отправлен в военный госпиталь, дислоцировавшийся в городе Рязани. Поэтому наступившие вскоре октябрьские события прошли мимо него.

«Октябрьскую революцию он встретил с радостью, решительно порвал со всем прошлым и добровольно вступил в 1918 году в Красную Армию»[12] , в другом источнике «Караев одним из первых офицеров, не колеблясь, вступил в Красную Армию и был назначен начальником оперативного отдела 13-й армии»[13]. Как же было на самом деле? В начале восьмидесятых у Георгия Николаевича, почетного гражданина Ленинграда, Председателя общества советско-болгарской дружбы, генерал-майора в отставке спросили, что же на самом деле побудило его примкнуть к большевистскому движению?

«- Видите ли, — не стал запираться Караев, — в начале восемнадцатого все наши подались на Дон, к Краснову. А куда я поеду после контузии? Когда же смог работать, выяснилось, что я ничего не умею, кроме как воевать. Тут в Рязани как раз и объявили прием в Красную армию…»[14]

Послужной список Георгия Караева – это своеобразного рода хронология гражданской войны: оборона Петрограда, Восточный фронт, освобождение Крыма… Будучи на должностях командира батальона, командира полка и начальника оперативного отдела штаба армии Караев активно участвовал в разгроме Колчака, Юденича, Врангеля, в ликвидации меньшевиков в Закавказье. За отличие в бою на переправах через р. Белую при освобождении Уфы в июне 1919 года получил в награду от М. В. Фрунзе золотые часы.

После окончания гражданской войны Караев окончил высшие офицерские курсы усовершенствования. Именно в эти первые годы Георгий Николаевич впервые выступает в военной периодической печати и принимает деятельное участие в разработке организации и методики боевой подготовки войск Рабоче-крестьянской Красной Армии.

Начиная с осени 1925 года, он работает в военно-учебных заведениях, в которых последовательно занимает должности начальника военного цикла, заместителя начальника Военно-политических курсов имени Ф. Энгельса в Ленинграде и Училища червонных старшин в Харькове, начальника кафедры тактики Высших стратегическо-тактических курсов («Выстрел») и кафедры истории военного искусства Военно-Транспортной академии Красной Армии.

После гражданской войны в стране было организовано общество ОПТЭ — Общество пролетарского туризма и экскурсий. Георгий Караев на общественных началах стал председателем военной секции ОПТЭ. Сегодня не найдется такого человека, кто никогда в жизни не был на экскурсии и не принимал участие в турпоходе. А в далекие двадцатые годы Караев ходил по заводам, агитировал за туризм, прививал молодым рабочим военные навыки. Он организовывал и проводил с молодежью военизированные, согласно уставу строевой службы, походы, главным образом по следам еще такой недавней гражданской войны.

Великая Отечественная застала его на должности начальника кафедры истории военного искусства Военно-Транспортной академии в Ленинграде. Во время первого периода Великой Отечественной войны Караев принимает участие в организации и устройстве укреплений на подступах к Ленинграду. Когда академия была эвакуирована в Кострому[15], он неоднократно пересекал кольцо блокады и руководил доставкой из осажденного Ленинграда учебников и учебных пособий, обеспечив качественную подготовку слушателей Академии. В августе 1944 года[16] Академия возвратилась в место прежней дислокации, и уже со 2 октября 1944 года начались занятия в прежних помещениях. Значительная работа, проводимая в академии по изучению, обобщению и распространению опыта войны, высоко оценивалась командованием. Так, генерал Караев за активное участие в разработке материалов по изучению опыта войны был поощрен заместителем Наркома Обороны.

Его воспоминания о блокаде выглядели далеко не всегда геройским подвигом горожан, а огромной человеческой трагедией. Более всего из его рассказов запомнился эпизод, когда в ночном блокадном Ленинграде он отбил девушку, которую пытались похитить мужчины.

— Они бы ее съели, — будничным голосом пояснил генерал, — в блокаду часто воровали детей и молодых женщин…

После войны Караев занялся военной историей и защитил диссертацию по средневековому военному искусству на примере Грюнвальдской битвы[17].

В 1951 году Караев — генерал уходит в отставку, но остается Караев — гражданин. Его дом становится своеобразной лабораторией, в которой неустанно трудится ее владелец.

Зимой 1955-1956гг., у группы членов Военно-исторической секции Ленинградского дома ученых АН СССР возникла мысль об организации полевого выезда в район предполагаемого места Ледового побоища. Смею предположить, что толчком к этому путешествию послужило выступление Л. Н. Пунина о трех разногласиях, которые существуют по вопросу о месте Ледового побоища.

Летом 1956 года Караев отправляется в район предполагаемого места Ледового побоища. По итогам поездки делает выводы:

— та часть Теплого озера, что выходит к западу от современного о.Вороний, очень близко подходит к топографическим данным, описанным в летописном тексте;

— лесисто-болотистый характер этой местности не позволял двигаться в условиях зимы и глубокого снежного покрова войску с обозом по бездорожью;

— в беседах с местными рыбаками выяснилось, что на Теплом озере есть т.н. «сиговицы» — участки, отличающиеся зимой более тонким льдом;

— в этих же беседах подтвердились данные, сообщаемые Эрнстом Покларом о «Соболичском береге» как западном береге Теплого озера в его северной части, у которого весной ловится в большом количестве рыбка «собаль», или «соболек».

«На основе полученных данных стало совершенно ясным, что для продолжения изысканий необходимо предпринять обследование южной оконечности Чудского и прилегающей к ней части Теплого озера для выявления того, что представлял собой этот район в XIII веке и в каких, следовательно, условиях пришлось войску А. Невского вступать в бой с немецкими рыцарями»[18].

В 1957 году для Института русской литературы АН СССР Караев пишет статью[19], в которой излагает свое мнение о вероятном месте Ледового побоища. Весной этого же года он осуществляет два вылета (6 апреля и 11 мая) в район Теплого озера, делая аэрофотосъемку.

Основной базой экспедиции была выбрана дер. Самолва. Здесь были почтовое отделение, пристань рыбо-сушильного завода, клубное помещение, поликлиника, больница, дома, где можно было расселить участников экспедиции. Работы велись по трем направлениям: 1) гидрологическому; 2) подводному и наземному археологическому исследованию; 3) сбор преданий и всякого рода свидетельств, сохранившихся среди местного населения.

В распоряжении Караева была группа студентов-гидрологов во главе со студенткой 5-го курса Т. Ю. Тюлиной, водолазы (5 чел.) во главе с мичманом Г. Н. Буряком, катер «ГК-201» с командой их 4 человек с капитаном И. А. Кривенко и фотокорреспондент О. Г. Караев (сын Григория Николаевича).

В результате проведенных изыскательных работ были сделаны первые выводы, которые имели широкий общественный резонанс. И в мае 1958 года решением Президиума академии наук СССР была организована большая комплексная экспедиция, которая проработала три года.

Вечерами, после возвращения с изысканий, подводились итоги дня и давалось новое задание. В этих встречах принимали участие не только ученые, но и старшие групп (водолазы, аквалангисты, моряки, летчики, студенты, ученики-старшеклассники). Такое совместное обсуждение того, что сделано и предстоит осуществить на следующий день, давало возможность определить роль, которую каждый выполнял в системе работ экспедиции в целом. Во-первых, это очень сближало всех участников проекта, а во-вторых, живой обмен мнениями и предложениями позволял внедрять новые приемы работ.

Итоги экспедиционных работ 1958 года были опубликованы Караевым в Военно-историческом журнале[20], где он подверг критике свои первые суждения и изложил новые соображения, которые явились следствием производственных изысканий.

В 1963 году экспедиция закончилась. Были изданы книги, написано множество статей. Огромная работа была завершена. Но неутомимый Караев начинает изучать деятельность Александра Невского как полководца.

«- Надо собрать «малу дружину» и отправиться к берегам Невы. Надо своими ногами исходить легендарные места, потолковать с дедами, собрать древние предания. Поискать в земле. Надо, помимо Невской битвы, пройти по местам других побед Александра. Это штурм Капорья, знаменитая Торопецкая победа и разгром ливонских войск у озера Жижица. Они вошли в историю русского военного искусства, но слишком мало изучены. И, наконец, разгром ливонских военных замков… Собеседники склонились над картами»[21]. Экспедиция начнет работу с Новгорода, пройдет тем же путем, которым шел Александр Невский: по Волхову, Ладоге, Неве. А участники экспедиции – все те же школьники. Итогом работы становится книга для детей «Путем Александра Невского» (1970).

Еще одно увлечение Караева – древний путь из варяг в греки, и как итог, книга о приключениях ребят, отправившихся в наши дни на ушкуях по древнему водному пути «из варяг в греки» «На перекрестке столетий» (1981)

Среди множества собранных книг в домашней библиотеке Караева были и те, что принадлежали перу Георгия Николаевича. Это и исследования по военному искусству древних, и материалы, опубликованные в Трудах комплексной экспедиции по уточнению места Ледового побоища «Ледовое побоище 1242 года» (1966). В соавторстве с Львом Успенским им написаны книги «Пулковский меридиан» и «Шестидесятая параллель», об обороне Ленинграда в годы Великой Отечественной войны. Этой же теме посвящена книга «По местам боевой славы». Особое место в творчестве занимает повесть, посвященная памяти отца «Не смолкнет слава этих дней», изданная в Болгарии — о дружбе русских воинов и болгарских ополченцев во время русско-турецкой войны, а также книга «Благоев в Петербурге». Поколение детей 60-х годов зачитывались его книгами «Загадка Чудского озера», «К Вороньему камню». Он автор очерков «В боях за Петроград. Разгром Юденича в 1919 году», «Разгром белофинского плацдарма», более двух десятков серьезных научных трудов и около ста журнальных статей.

До последних дней Георгий Николаевич продолжал вести большую научно-историческую и общественно-политическую работу. В течение многих лет был бессменным председателем военно-исторической секции ленинградского Дома ученых, заместителем председателя Центрального правления Общества советско-болгарской дружбы и председателем Ленинградского отделения этого общества. Одновременно он являлся председателем секции истории социалистических стран Европы и членом ученого совета музея Великой Октябрьской социалистической революции в Ленинграде.

За отвагу и мужество, за безупречную службу в армии и особые заслуги перед народом Георгий Николаевич был награжден орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени и многими медалями. В 75-летний юбилей за большие заслуги в развитии болгаро-советской дружбы Президиум Народного собрания Народной Республики Болгарии наградил Г. Н. Караев орденом Георгия Димитрова. Приветствие юбиляру прислал Первый секретарь ЦК компартии Болгарии Тодор Живков.

В восемьдесят четыре года генерал влюбился, а вскоре женился на очаровательной сорокалетней женщине Елене Николаевне.

На девяностолетии Караева присутствовали отцы города, болгарский консул (после смерти академика Туполева генерал возглавил Общество дружбы с этой страной), и все единодушно желали имениннику собраться той же компанией через десять лет. Снова вспоминалось предсказание чудаковатого старичка из Москвы, но за столом всем это казалось милой шуткой.

…Он не дожил до своего девяноста трехлетия 42 дня. Отец и сын… Разные поколения, разные времена, разные судьбы. Но есть общее, объединяющее судьбы этих людей….

P.S.

После смерти Георгия Николаевича его вдова передала В. А. Потресову рукопись, законченную генералом буквально за несколько месяцев до его кончины. В ней Караев описывает свою жизнь до начала тридцатых. Эти материалы стали основой для книги «Становление» (литературная обработка В. А. Потресова), которая вышла уже после смерти Караева в 1989 году. И еще. Караев остался единственным в Советском Союзе беспартийным генералом.

По материалам Региональных Чудских чтений

[1] Потресов В. А. Удивительная история красного генерала // Новое пространство. – 2002. — № 2.

[2] Герцеговинско-боснийское восстание 1875 — 1878, народно-освободительное восстание в Герцеговине и Боснии против турецкого феодального и национального гнёта. Основной движущей силой Г.-б. в. были крестьяне, которых поддерживали городские ремесленники, торговая буржуазия, интеллигенция. В числе русских добровольцев были представители революционно-демократической интеллигенции. Политика России была направлена на то, чтобы коллективными усилиями европейских держав вынудить Турцию предоставить Боснии и Герцеговине автономию.

[3] По другой версии он получил орден Такова, серебряную медаль за храбрость и был произведен в чин подпоручика.

[4] Из Санкт-Петербургской газеты «Сербия»

[5] Калитин Павел Петрович (1846 — 1877) — подполковник, герой русско-турецкой войны 1877- 1878 гг. Родился в Псковской губернии. Воспитывался в Павловском военном училище, из которого в 1865 г. был произведён в подпоручики в Оренбургский линейный батальон. Вся недолгая жизнь Калитина протекла в боевой обстановке: в 1866—1868 гг. он участвовал в покорении Бухарского ханства, где особо отличился при штурме Ура-Тюбе, в 1873 г. — в покорении Хивского ханства, в 1875—1876 гг. — в покорении Кокандского ханства; все чины и награды он получил за боевые отличия, среди его наград наиболее заметны орден св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом и золотая сабля с надписью «За храбрость». Произведённый за отличие при штурме Махрама в подполковники, Калитин с началом русско-турецкой войны в 1877 г. по собственному желанию отправился на Дунайский театр и был назначен командиром 3-й дружины болгарского ополчения.

[6] В бою при Ески-Загре, 19 июля 1877 г., турки яростно атаковали и потеснили дружины. Чтобы остановить их натиск, Калитин, будучи уже дважды легко ранен, решил перейти в наступление. Во время штыковой свалки был убит знаменщик 3-й дружины. Знамя, подаренное дружине городом Самарой, упало на землю, и к нему протянулись руки турок. Тогда Калитин соскакивает с коня, поднимает знамя и кричит своей дружине: «Ребята! Знамя наше с нами! Вперёд — за ним, за мной!». Воодушевленные им ополченцы ринулись вперёд, турки дрогнули, но в это время три пули пробили грудь Калитина, сидевшего на лошади со знаменем в руке.

С. И. Кисов писал: «Я и Попов были вблизи и бросились приподнять с земли нашего командира, он был уже мёртв… Между тем, передние ряды неприятеля уже перемешались с нашими и ещё раз с кликами „юрюшь!“ турки бросились к знамени… с нашей стороны раздалось несколько недружных в упор выстрелов… тогда штабс-капитан Попов крикнул „ура!“ и собравшиеся около него ополченцы, как один, бросились на турок, опрокинули их… Началось отступление; ополченцы, останавливаясь, отстреливались от наступавших по пятам турок. Из четверых, нёсших тело героя Калитина, трое … были убиты или ранены и были заменены другими, в момент, когда мы нагнали носильщиков были убиты ещё двое из них. Далее нести тело героя Калитина не было никакой возможности, и потому было отдано приказание его оставить. Ополченцы осторожно опустили тело своего храброго командира на землю, сняли шапки и осенили себя крестным знамением; все вокруг из видевших в эту трагическую сцену тоже творили молитву. Таковы были боевые похороны и погребение героя Калитина».

[7] Гальперин Ю. Самарское знамя // Вокруг света. – 1978. — № 3.

[8] Ольденбургский принц Константин Петрович (Константин Фридрих Петер) (1850-1906), генерал-майор. Был седьмым ребёнком и четвёртым сыном принца Петра Георгиевича Ольденбургского и принцессы Терезии Нассауской. Внук великой княгини Екатерины Павловны. С рождения зачислен прапорщиком в лейб-гвардии Семёновский полк (до 1869). С 21 мая 1869 года по 5 марта 1906 числился в лейб-гвардии Преображенском полку. Участвовал в русско-турецкой войне 1877—1878 годов. В 1881—1887 годах командовал 1-м Хопёрским конным полком Кубанского казачьего войска.

[9] Уринов С. В строю героев Шипки // Комсомольская правда. – 1967. – 26 августа. – С. 3.

[10] Со слов Георгия Караева.

[11] Осетии отважные сыны. Генералы Советской Армии. Караев Георгий Николаевич [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://sinoset.sklib.ru/index.php?dn=article&re=print&id=73 – 21.06.2011.

[12] Из анонимного послесловия «Дороги славной судьбы» к последней повести Г. Н. Караева «На перекрестке столетий»

[13] Голицын С. Несколько слов об авторах этой книги // Караев Г. Н., Потресов А. С. Путем Александра Невского. – М., 1970. – С. 151.

[14] Потресов В. А. Удивительная история красного генерала // Новое пространство. – 2002. — № 2.

[15] 18 августа 1941 года был подписан приказ Народного Комиссара Обороны о переводе Военно-транспортной академии из Ленинграда в Кострому.

[16] В соответствии с приказом Народного Комиссара Обороны N 150 от 18 августа 1944 года.

[17] См.: Караев Г. Н., Королюк В. Д. К 550-летию Грюнвальдской битвы // Вопросы истории. – 1960. — № 7. – С. 92.

[18] Публикации по теме: Караев Г. Н. К вопросу о месте Ледового побоища 1242г. // Ледовое побоище 1242. Труды комплексной экспедиции по уточнению места Ледового побоища. – М.- Л., 1966. – С. 18.

[19] Караев Г. Н. Новые данные, разъясняющие указания летописи о месте Ледового побоища. Труды отделения древнерусск. лит., т. XIV. – М.- Л., 1958. – С. 154-158.

[20] Караев Г. Н. Новые данные о месте Ледового побоища 1242 года // Военно-исторический журнал. – 1959. — № 3.

[21] Караев Г. Н., Потресов А. С. Путем Александра Невского. – М., 1970. – С. 18.

1891 коап рф

Мировой судья Журавлева Т.С.

Судья второй инстанции Тодер В.А. № 4 А — 231/10

31 мая 2010 г . г. Томск

Заместитель председателя Томского областного суда Антонов С.М.,

рассмотрев жалобу Ш. на постановление мирового судьи судебного участка № 1 Кировского судебного района г. Томска от 28 декабря 2009 г . по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ,

Постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Кировского судебного района г. Томска от 28 декабря 2009 г . Ш. привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок один год шесть месяцев.

Решением судьи Кировского районного суда г. Томска от 25 февраля 2010 г . указанное постановление оставлено без изменения.

В жалобе Ш. просит об отмене постановления мирового судьи по тем основаниям, что не был надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дела мировым судьей, при рассмотрении дела судом были нарушены требования ч. 1 ст. 1.6 КоАП РФ, суд не в полной мере исследовал значимые для дела обстоятельства, ходатайство о вызове в судебное заседание понятых и свидетелей судом не рассмотрено. Считает, что судьей районного суда также не рассмотрено заявленное ходатайство.

Проверив материалы дела об административном правонарушении, изучив доводы жалобы, прихожу к выводу о том, что постановление мирового судьи судебного участка № 1 Кировского судебного района г. Томска от 28 декабря 2009 г . и решение судьи Кировского районного суда г. Томска от 25 февраля 2010 г . отмене или изменению не подлежат.

В соответствии с ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ административным правонарушением признается невыполнение водителем законного требования сотрудника милиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения (пункт 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г . N 1090).

Согласно материалам дела основанием полагать, что водитель транспортного средства Audi A6 Ш. 28.11.2009 г. в 03 час. 30 мин. у дома /__/ г. Томска находился в состоянии опьянения, явился запах алкоголя изо рта, что согласуется с требованиями пункта 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года N 475 (далее — Правила).

От прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения Ш. отказался, в связи с чем ему было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, что соответствует требованиям пункта 10 Правил.

Направление водителя транспортного средства Ш. на медицинское освидетельствование на состояние опьянения в медицинскую организацию было осуществлено должностным лицом ГИБДД в присутствии 2 понятых (л.д.4). Указанные действия сотрудника ДПС ГИБДД согласуются с требованиями пункта 11 Правил.

Вместе с тем Ш. не выполнил законное требование сотрудника милиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Факт совершения Ш. административного правонарушения, ответственность за которое установлена ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, подтверждается собранными по данному делу доказательствами, а именно: протоколом об административном правонарушении от 28.11.2009 г., протоколом об отстранении от управления транспортным средством от 28.11.2009 г., актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и протоколом о направлении на медицинское освидетельствование от 28.11.2009 г., рапортами сотрудников ДПС Т. и К. от 28.11.2009 г., письменными объяснениями И. и Л., оцененными в совокупности с другими материалами дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ.

Таким образом, вывод мирового судьи о совершении Ш. вмененного административного правонарушения, является правильным. Достоверность и допустимость перечисленных доказательств сомнений не вызывают.

Доводы жалобы Ш. о том, что судом при рассмотрении дела были нарушены требования ч. 1 ст. 1.6 КоАП РФ, признаются несостоятельными, поскольку не нашли своего подтверждения.

Относительно доводов жалобы о том, что мировым судьей не рассмотрено ходатайство о вызове в судебное заседание свидетелей, то они не могут повлечь отмену состоявшихся по делу судебных постановлений, поскольку, как следует из материалов дела, 28.11.2009 г. мировым судьей данное ходатайство было оставлено без рассмотрения по основаниям, указанным в определении, как поступившее в судебный участок 28.11.2009 г. в 09 час. 15 мин., т.е. позднее времени назначенного судебного заедания. Более того, указанное ходатайство правового значения для разрешения дела не имеет, поскольку при возбуждении дела и составлении протокола об административном правонарушении в отношении Ш. последний не реализовал права, предусмотренные административным законодательством, от объяснений и подписей в протоколе отказался, свою позицию по факту вмененного административного правонарушения никак не изложил.

Доводы жалобы Ш. о том, что нарушено его право на защиту и предоставление доказательств, были предметом рассмотрения судьи районного суда. Оценка указанным доводам была дана судьей второй инстанции при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении, оснований не соглашаться с ней не имеется.

Что касается доводов жалобы о том, что Ш. не был надлежащим образом извещен мировым судьей о времени и месте судебного заседания, то они не могут быть приняты во внимание, поскольку опровергаются материалами дела, а именно уведомлением о вручении телеграммы.

Доводы жалобы о том, что судьей районного суда не было рассмотрено ходатайство о вызове и допросе свидетеля Л., не нашли своего подтверждения и опровергаются определением судьи районного суда, которое подробно мотивировано. Таким образом, доводы жалобы по этому основанию обоснованными признаны быть не могут.

Постановление о привлечении Ш. к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, вынесено мировым судьей в пределах двухмесячного срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Административное наказание назначено Ш. в пределах, установленных санкцией ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах состоявшиеся по делу об административном правонарушении судебные постановления сомнений в законности не вызывают, а потому оснований для их отмены не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 2 ст. 30.17 КоАП РФ, заместитель председателя Томского областного суда

Жалобу Ш. оставить без удовлетворения, постановление мирового судьи судебного участка № 1 Кировского судебного района г. Томска от 28 декабря 2009 г . и решение судьи Кировского районного суда г. Томска от 25 февраля 2010 г . по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, в отношении Ш. — без изменения.