Допрос свидетеля по уголовному делу в суде

admin

гид по правам человека

Допрос свидетелей

У вас есть право задавать вопросы не только свидетелям, но и экспертам и потерпевшим, которые дают показания в вашем разбирательстве.

Допуск и оценка свидетельских показаний

Связь показаний с делом

Свидетельские показания являются доказательствами, поэтому наравне с другими доказательствами, они должны относиться к делу и быть получены законным путём.

Суд обязан вызывать лишь тех свидетелей, чьи показания относятся к вашему делу. Если вы хотите вызвать свидетелей в суд, вы должны объяснить суду, почему вы считаете его/её показания важными в деле.

Если вы должным образом обосновали вызов свидетеля в суд, но суд отказал в вызове свидетеля, суд должен обосновать свой отказ. К свидетелям обеих сторон должно быть равное отношение. Ваши права будут нарушены, если суд пригласил важного свидетеля для стороны обвинения, а вызове столь же важного, предложенного вами, свидетеля отказал.

В соответствии с латвийским правом, суд должен оценить достоверность показаний. При такой оценке, суд может брать во внимание все факты и обстоятельства вашего дела. Изначально показания всех свидетелей являются равно достоверными. Без индивидуальной оценки ни один свидетель не может быть признан более надёжным, чем остальные.

Отсутствие свидетеля

Если свидетель, давший показания против вас, не может участвовать в разбирательстве, его отсутствие должно быть должным образом обосновано. Факт того, что некоторые свидетели не участвуют в разбирательстве, не всегда будет нарушать ваши права. Однако если показания свидетеля, который участвовал в разбирательстве и которому вы не могли задать вопросы, являются ключевыми основаниями вашего приговора, это с большой вероятностью нарушит ваши права.

Если свидетель отсутствует, государственные учреждения должны приложить разумные усилия для того, чтоб его/её отыскать и доставить в суд. Если свидетель не может быть найден, в некоторых исключительных ситуациях, суд может использовать заявления свидетеля, сделанные им ранее во время разбирательства. При использовании таких заявлений, суд должен убедиться в их достоверности и поддержке со стороны остальных доказательств. Данный стандарт ещё более высок, если заявление является ключевым для вашего осуждения.

Анонимные заявления

В исключительных случаях показания анонимных свидетелей могут быть использованы в разбирательстве. Личность свидетеля может быть скрыта по соображениям безопасности или другим весомым причинам. Однако даже если свидетель анонимен, у вас должна быть возможность оспорить его/её показания и их достоверность. Обязанность суда по обеспечению такого равновесия является ещё более важной, если показания анонимного свидетеля имеют решающую важность в вашем деле.

Защитник проводит допрос свидетеля по уголовному делу в судебном заседании.

На вопрос легко ли провести допрос свидетеля и получить необходимые сведения о событиях, в которых он был очевидцем, опытный адвокат скажет – нет, не легко, даже очень трудно.

Показания свидетеля в обстановке судебного разбирательства напоминают действия приближенные к «боевым». Даже если свидетель «хорошо» подготовлен к допросу, но ответы его «заранее неискренны» то войдя в зал судебного заседания, он не будет готов правильно распределить свои ответы на вопросы всех участников судебного заседания, имеющих право задать ему вопросы. Свидетеля будут допрашивать поочередно, и каждый вопрос будет направлен для извлечения из его показаний «нужных» для судебного следствия ответов. В случае неполучения убедительных ответов на вопрос адвоката или прокурора, суд имеет право отнести ответы свидетеля как в разряд «критических». Такие показания суд во внимание при вынесении своего окончательного решения по делу «брать» не будет.

При подготовке допроса свидетеля, адвокат должен иметь под рукой или в «голове» вопросы, которые он намерен задать опрашиваемому лицу, с целью доведения до суда избранной им позиции. Это главное. Только после тщательного допроса всех свидетелей по уголовному делу, защитник может сделать юридические выводы и укрепить свою позицию по делу. Ответы на заданные адвокатом свидетелю вопросы в будущем отражаются в прениях, как завершающем этапе рассмотрения дела в суде первой инстанции. Желательно допрашивать свидетелей по заранее выработанной схеме.

В судебном следствии свидетели отвечают на вопросы суда защитника и прокурора, которые закреплены на предварительном следствии. Иногда информация, высказанная свидетелем на предварительном следствии, противоречит показаниям в суде. Если показания свидетеля обвинения в суде становятся «путанными» а допрашиваемое лицо волнуется, забывает существенные детали, то задача адвоката показать суду все противоречия и серьезные пробелы, указывающие на сомнения в показаниях данного свидетеля. Такие обвинительные «разоблачения» в суде — успех хорошей работы адвоката. Однако, «дорога» к таким допросам трудна и готовиться к ним необходимо серьезным образом. Свидетель это живой человек со свойственными ему недостатками и достоинствами и он может в ходе допроса в обстановке «экстремальной» сказать суду и адвокату не всегда то, что думает и очевидцем каких событий он был.

Для начала опроса свидетеля адвокат-защитник должен определить предмет допроса.
Наверное, будет правильным акцентировать допрос с вопросов, входящих в предмет доказывания, стараясь найти «брешь» в представленных обвинением доказательствах.
На практики «неопытный» защитник, может допросить свидетеля обвинения, заранее закрепляя позиции прокурора и наоборот – допросить свидетеля защиты в «ущерб» выработанной позиции. Не подготовленность в этом вопросе, ставит позицию адвоката и его подзащитного с процессуальной стороны «хуже» обвинительной.
Все вопросы к свидетелям в судебном разбирательстве о событиях уголовного преступления – месте, времени и способе, защитник должен задавать только с позиции выработанной и согласованной со своим клиентом. Следует иметь в виду, что допрашиваемый свидетель может ответить адвокату и суду только «на один вопрос» и по одному обстоятельству дела и не стоит его допрашивать по всем известным событиям уголовного преступления. Необходимо в этом деле пользоваться критерием «достаточности», лишняя «болтливость» свидетеля защиты может поставить судебное следствие в правовой «тупик».

Важной составляющей допроса свидетеля защиты является опрос очевидца для достижения адвокатом каких-то промежуточных целей и обращением внимания суда на существенные обстоятельства, которые тесно связанны с позицией защиты. Это тактические задачи, используемые адвокатом для постановки и разрешения судом других процессуальных вопросов, например, вызов в суд «дополнительных» свидетелей, назначение экспертизы и иное. В таких случаях защитнику необходимо тщательно продумать тематику вопросов к свидетелю, чтобы его ответы были понятны суду и не отведены как не имеющие отношения к рассматриваемому уголовному делу.

Прослушка отменяется. Минюст предлагает прописать порядок обжалования секретных решений

05 ноября 2018 года

Договорная правда. В УПК прописали, как брать показания у человека, заключившего сделку со следствием

01 ноября 2018 года

Проверка третьей степени. Утвержден порядок рассмотрения жалоб в новых кассационных судах

14 октября 2018 года

18 июля 2018 года

15 июля 2018 года

09 июля 2018 года

04 июля 2018 года

16 апреля 2018 года

05 апреля 2018 года

05 апреля 2018 года

27 февраля 2018 года

24 января 2018 года

20 декабря 2017 года

Проверка следствия. Продлить арест станет сложнее.

12 октября 2017 года

28 сентября 2017 года

13 июля 2017 года

20 июня 2017 года

28 апреля 2017 года

23 апреля 2017 года

22 марта 2017 года

21 марта 2017 года

29 декабря 2016 года

5 декабря 2016 года

18 ноября 2016 года

17 ноября 2016 года

11 ноября 2016 года

5 ноября 2016 года

3 ноября 2016 года

25 июля 2016 года

06 июня 2016 года

31 мая 2016 года

26 мая 2016 года

20 марта 2016 года

18 декабря 2015 года

ДОПРОС СВИДЕТЕЛЕЙ В СУДЕБНОМ ЗАСЕДАНИИ. ОГЛАШЕНИЕ ПОКАЗАНИЙ СВИДЕТЕЛЕЙ.

При рассмотрении судом уголовного дела в общем порядке, в качестве доказательств по уголовному делу используются показания свидетелей допрошенных в судебном заседании или оглашенные в соответствии с требованиями закона.

Согласно закона, свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, и которое вызвано для дачи показаний по данным обстоятельствам.

Так, в качестве свидетелей в судебном заседании могут быть допрошены не только очевидцы совершения преступления, но и лица выступавшие в качестве понятых при проведении следственных действий, либо которые могут охарактеризовать подсудимого.

В большинстве случаев показания свидетелей имеют решающее значение для разрешения уголовного дела и установления виновности или не виновности подсудимого.

Правом на вызов и допрос свидетелей в судебном заседании обладает как сторона обвинения, так и сторона защиты. Вместе с тем, согласно ч.4 ст.271 УПК РФ, суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о допросе в судебном заседании лица в качестве свидетеля или специалиста, явившегося в суд по инициативе сторон.

Таким образом, если свидетель явился в судебное заседание, то суд не вправе отказать в его допросе.

Допрос свидетеля в судебном заседании начинается с установления судом его личности и предупреждении свидетеля об ответственности за отказ от дачи показаний и дачу суду заведомо ложных показаний.

Важно: Свидетель имеет право отказаться свидетельствовать против себя и своих близких родственников (супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки). То есть если свидетелю известны сведения, которые могут быть использованы как доказательства виновности подсудимого, то являясь близким родственником подсудимого, свидетель может такие показания не давать.

Первой задает вопросы свидетелю, та сторона, по инициативе которой он допрашивается в суде, после противоположная сторона. Если свидетель вызван стороной обвинения, то первым задает вопросы прокурор, и только потом адвокат и подсудимый.

Суд также может задавать вопросы свидетелю по существу уголовного дела, а также отводить вопросы сторон, если они не имеют отношения к рассматриваемому делу или например могут рассекретить личность свидетеля, если данные о его личности сохранены в тайне.

К допросу свидетелей в судебном заседании необходимо подойти очень серьезно, продумать все вопросы которые сторона защиты будет задавать свидетелю, и его возможные ответы на них.

При подготовке к допросу свидетеля обвинения необходимо понимать, что сторона обвинения с большей долей вероятности уже проинструктировала свидетеля о содержании показаний которые ему необходимо давать в судебном заседании, и о возможных вопросах стороны защиты. Кроме того, в практике не редкие случаи, когда прокурор перед допросом свидетеля, дает ему возможность прочитать показания данные на стадии следствия.

Имейте ввиду, что часто свидетели обвинения, принимают сторону защиты «в штыки» и полностью поддерживают позицию прокурора.

При подготовке к допросу свидетеля защиты, целесообразно очень подробно проконсультировать свидетеля о содержании его показаний, и возможных вопросах стороны обвинения с целью дискредитировать его показания. Будьте готовы, что прокурор будет задавать много уточняющих вопросов, чтобы поставить под сомнение отношение данных свидетелем показаний к рассматриваемому уголовному делу.

Оглашение показаний данных свидетелем на следствии в связи с противоречиями.

Закон представляет возможность суду огласить показания свидетеля данные на стадии предварительного следствия в связи с существенными противоречиями имеющимися между ранее данными показаниями на следствии и в судебном заседании.

Данным инструментом очень умело пользуется сторона обвинения в случаях, когда свидетели стороны обвинения не могут дать внятные показания по существу уголовного дела, пояснить значимые обстоятельства, очевидцами которых они являлись, или на вопросы стороны защиты и обвинения, дают неудобные для обвинения ответы.

Как правило, прокурор заявляет ходатайство об оглашении показаний таких свидетелей, данных на следствии.

Важно: В случае заявления прокурором такого ходатайства, попросите конкретизировать в чем существо противоречий.

После оглашения показаний, суд обязан устранить имеющиеся противоречия и выяснить их причины, а свидетель должен дать четкий ответ. Однако, если свидетель относится к стороне обвинения, он подтверждает оглашенные показания ссылаясь на давность произошедших событий, по наводящему вопросу прокурора — «На момент дачи показаний на следствии вы лучше помнили события ?», который по сути является наводящим.

Таким образом, независимо от показаний свидетеля обвинения данных в судебном заседании, в подавляющем большинстве случаев, в основу приговора суд кладет оглашенные показания свидетеля данные на следствии.

На мой взгляд, судам надлежит отдавать приоритет именно показаниям свидетеля непосредственно данным в судебном заседании, а не оглашенным протоколам допросов свидетеля, которые по своей сути являются инструментом следствия при доказывании вины подсудимого на стадии следствия, так как со стороны следствия возможны любые злоупотребления своими полномочиями.

К сожалению в практике не редко бывают ситуации, когда свидетель обвинения в судебном заседании отказывается от показаний данных на следствии и указывает, что не давал таких показаний следователю, а подписал протоколы их не читая или пустые бланки. Однако, суды не дают данным фактам надлежащей оценки, оглашают показания таких свидетелей, и в лучшем случае допрашивают по обстоятельствам допроса следователя, который конечно же утверждает, что свидетель сам давал показания и никаких злоупотреблений со стороны следователя не было.

Такая практика, не соответствует требованию о справедливом судебном разбирательстве дела независимым и беспристрастным судом, так как суд не предпринимает достаточных мер для выяснения истинных обстоятельств, ограничиваясь только допросом заинтересованного лица (следователя), тем самым создавая видимость проверки приведенных свидетелем доводов.

Оглашение показаний не явившегося свидетеля в судебном заседании.

Действующее законодательство предусматривает случаи оглашения показаний данных на стадии следствия, без их непосредственного допроса в судебном заседании.

Оглашение показаний свидетеля в судебном заседании регламентируется ст.281 УПК РФ.

Так, оглашение показаний не явившегося в суд свидетеля возможно по ходатайству обвинения или защиты, и только при согласии противоположной стороны на их оглашение.

Важно: Показания не явившегося свидетеля, оглашенные в судебном заседании, являются полноценным доказательством по уголовному делу, и должны получить оценку в приговоре. Если вы оспариваете обстоятельства о которых сообщил свидетель на стадии следствия, то не давайте согласие на оглашение его показаний в судебном заседании, и настаивайте на его вызове и непосредственном допросе.

Без согласия сторон, возможно оглашение показаний свидетеля только в случаях: смерти свидетеля, тяжелой болезни, препятствующей явке в суд, отказа потерпевшего или свидетеля, являющегося иностранным гражданином, явиться по вызову суда, стихийного бедствия или иных чрезвычайных обстоятельств, препятствующих явке в суд, если в результате принятых мер установить место нахождения потерпевшего или свидетеля для вызова в судебное заседание не представилось возможным.

Перечень оснований является исчерпывающим и не подлежит расширению.

Важно: В случаях тяжелой болезни, препятствующей явке в суд, отказа потерпевшего или свидетеля, являющегося иностранным гражданином, явиться по вызову суда, стихийного бедствия или иных чрезвычайных обстоятельств, препятствующих явке в суд, если в результате принятых мер установить место нахождения потерпевшего или свидетеля для вызова в судебное заседание не представилось возможным (кроме смерти свидетеля) оглашение показаний не явившегося свидетеля, при отсутствии согласия стороны защиты на оглашение, возможно только в случае предоставления подсудимому, на стадии следствия, возможности оспорить его показания (проведение очной ставки между подсудимым и свидетелем). Если очная ставка не проводилась, то оглашать показания такого свидетеля, без согласия защиты, закон запрещает.

Подробная информация собрана в следующих статьях:

Допрос свидетеля.

Допрос свидетеля.

Допрос свидетеля в уголовном деле (производстве) по новому Уголовному процессуальному кодексу Украины имеет свои особенности. Ниже я остановлюсь на новых моментах в допросе свидетеля на стадии досудебного следствия и в суде.

Так, на стадии досудебного расследования предусмотрена возможность допроса свидетеля, потерпевшего или нескольких свидетелей не следователем, а следственным судьей (еще до направления дела в суд).

Такая возможность предусмотрена в случаях, когда существует опасность для жизни свидетеля, потерпевшего, его тяжелой болезни, или других обстоятельств, которые могут сделать невозможным его допрос в суде или повлиять на полноту и достоверность показаний. Основаниями для такого допроса, в то числе, может быть заявление самого свидетеля о совершение на наго давления или угроз с целью изменить свои показания, либо дать их определенным образом.

С ходатайством о допросе свидетеля (или двоих свидетелей одновременно) следственным судьей, может обратиться сторона уголовного производства, такой допрос осуществляется за правилами судебного рассмотрения.

Новеллой отечественного законодательства является также одновременный допрос и, хотя старый УПК предусматривал, так называемую, очную ставку, однако одновременный допрос предусматривает возможность его проведения не только с двумя лицами, а и с тремя и более (допрошенным ранее свидетелями, потерпевшими, подозреваемыми одновременно).

Что касается допроса свидетелей во время судебного заседания, то с появлением сторон обвинения и защиты, появились и свидетели той и иной стороны.

Согласно УПК Украины свидетелей обвинения первым допрашивает прокурор, а свидетелей защити — защитник (или обвиняемый, когда нет адвоката). Во время прямого допроса запрещается ставить свидетелю наводящие вопросы. Когда вопросы к своему свидетелю исчерпаны, стороны переходят к перекрестному допросу. Во время перекрестного допроса защитник имеет право задавать наводящие вопросы свидетелям обвинения (ранее это нельзя было делать в любом случае), а прокурор – свидетелям защиты. Если тот или иной свидетель уклоняется от конкретного ответа на поставленный вопрос или с его ответа не можно понять сути, сторона, которая ведет допрос, имеет право потребовать отвечать на вопросы «Да» либо «Нет».

Ведение допроса по методике «да-нет» может быть эффективным инструментом для устранения противоречий в показаниях, половинчатых ответов, а также когда свидетель не уверен или сомневается, подведения его к нужному итогу и т.д.

Последний, в случае необходимости, задает вопросы судья.

Кроме того, в судебном заседании за правилами досудебного расследования может быть проведен одновременный допрос нескольких свидетелей с целью устранения противоречий в их показаниях.

Допрос малолетнего (до 14 лет) и, на усмотрение суда, несовершеннолетнего (14-18 лет) свидетеля проводиться в присутствии законного представителя (родителей, опекунов), а также педагога либо психолога, а при необходимости – врача.

Свидетелю, не достигшему шестнадцатилетнего возраста, суд разъясняет его обязанность говорить правду, при этом, не предупреждая об уголовно ответственности за дату заведомо ложных показаний (такая ответственность наступает с 16 лет).

Свидетеля старше 16 лет суд приводит к присяге. В свою очередь законный представитель, педагог и психолог имеют право протестовать против вопросов в адрес несовершеннолетнего (малолетнего), если они могут травмировать его психику, содержат в себе обвинения или являются некорректными. Исходя из этих целей допрос несовершеннолетнего (малолетнего) свидетеля может быть осуществлен вне зала судебного с использованием видеоконференции.

Свидетели, находящиеся под защитой, также допрашиваются с использованием видеоконференции.

Как это работает: правила уголовного процесса от Верховного суда

Пленум Верховного суда одобрил постановление, которое рассказывает, как рассматривать уголовные дела по первой инстанции в общем порядке. Проект обсуждали 30 ноября (см. «Пленум ВС рассказал, что делать, если свидетель не приходит в суд» и «Пленум ВС ускоряет написание протоколов по уголовным делам») и приняли сегодня, 19 декабря (см. «Повторные правонарушения по мелким составам отдадут районным судам»). В постановлении рассказывается, как поступить суду, если сложно выяснить личность подсудимого или заявлено преждевременное ходатайство, или мнение специалиста не совпадает с экспертизой. Кроме того, разъясняется, когда можно зачитать показания свидетеля, не явившегося в суд, а когда обязателен его личный допрос в ходе заседания. Ответы на эти и другие вопросыв форме простых карточек.

1. Что должен сделать суд, если в подготовительном заседании сложно выяснить личность подсудимого или документы об этом не вызывают доверия?

Нужно предложить гособвинителю принести необходимые документы, чтобы устранить препятствия к судебному разбирательству. Такие данные, как фамилия, имя, отчество, дата и место рождения, суду должны быть точно известны. Иначе есть риск осудить невиновного.

2. Можно ли не допрашивать свидетеля, потерпевшего, подсудимого лично в ходе судебного разбирательства? Ведь они наверняка давали показания в ходе предварительного расследования. Можно их зачитать или прослушать видеозаписи, если они есть.

Нет, по общему правилу суд должен выслушать их лично. Зачитать показания можно лишь в исключительных случаях, названных в процессуальном законе. В отношении потерпевшего или свидетеля – это их смерть, тяжкая болезнь, неизвестное местонахождение или отказ иностранного гражданина явиться в судебное заседание (п. 2 ст. 281 УК). В случае с подсудимым зачитать его «следственные» показания позволяют отказ от дачи показаний в суде или рассмотрение дела в его отсутствие (ст. 276 УК).

Кроме того, если человек на следствии говорит одно, а в суде – другое, то можно зачитать предыдущие показания, чтобы сравнить их и выявить противоречия.

Если заявлено ходатайство об оглашении «следственных» показаний потерпевшего, подсудимого и свидетеля, суд разрешает вопрос после того, как данное лицо допросили обвинение и защита. После оглашения показаний стороны могут задать этому человеку дополнительные вопросы в той же последовательности, как и в первоначальном допросе.

3. Может ли суд по своей инициативе зачитать показания потерпевшего или свидетеля, воспроизвести запись следственных действий с их участием, если они не придут в суд?

Может, если обвиняемый мог их оспорить на досудебном этапе. Это разрешает п. 2.1 ст. 281 УПК, который вступил в силу в 2016 году. Сначала на Пленуме ВС предлагали привести примеры конкретных состязательных следственных действий – например, очных ставок и других. Но соблюдение права обвиняемого отдали на откуп следствия, поскольку практика по этому вопросу только формируется, а уточнения можно принять и позже.

4. Что делать суду, если сторона заявляет ходатайство, связанное с определением круга участников разбирательства или движением дела, но заявлено оно преждевременно, и его нельзя рассмотреть по существу на данном этапе процесса?

Суд отказывает в его удовлетворении, объясняет причину такого решения и разъясняет право обратиться с ходатайством позже.

В то же время нужно проверить, возможно ли разрешить ходатайство на этом этапе, если стороны, например, представят нужные документы. Тогда суд предлагает им это сделать.

5. Как следует поступить, если участник процесса представляет заключение эксперта, которое вызывает у суда сомнения или содержит противоречия, или изготовлено с нарушением норм права?

В этом случае суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе назначает экспертизу у другого человека. Если выводы экспертизы недостаточно ясные или неполные, то можно заказать дополнительную экспертизу у этого же или другого лица.

Нельзя исправлять серьезные недостатки имеющейся экспертизы с помощью судебного допроса эксперта, подчеркивается в постановлении. Он может лишь разъяснять или уточнить заключение, которое готовил.

При наличии оснований к этому важно назначить повторную или дополнительную экспертизу. В частности, если выводы эксперта и специалиста различаются, то это повод провести повторную.

6. Каковы особенности опроса несовершеннолетних потерпевших и свидетелей?

Их хотят максимально оградить от новых психотравм. Если ребенка уже допрашивали в предварительном следствии под видеозапись, суд вправе ограничиться ее изучением. Если такого допроса не было (например, возражали родители), суд выслушивает мнение участников процесса о том, нужно ли вызывать несовершеннолетнего в суд.

В ряде случаев допрос или повторный допрос могут признать невозможным – например, если есть повод опасаться за психическое здоровье и психологическое состояние ребенка. Если это требуется, суд может запрашивать медицинские документы и звать на помощь специалистов (врачей, психологов).

7. Потерпевший и обвиняемый могут давать показания в любой момент процесса. Может ли председательствующий их прервать?

Да. Давать показания можно в любое время, но только с согласия судьи – это право не безгранично.

С постановлением Пленума ВС «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)» можно ознакомиться здесь.

Как юрист в сфере банкротства, я вижу много человеческих страданий. Никто не идет к банкротному юристу с хорошими новостями. Чаще из-за болезни, смерти, потери работы, развода или других непредвиденных жизненных событий, которые привели их к финансовому краху. Меня должны были научить на юрфаке, что страдания тех, кто рядом, влияют и на тебя тоже. Обычно юристы по ошибке принимают это чувство за слабость, некомпетентность или другой профессиональный недостаток.

Распознать викарную травму

Я хотела бы раньше узнать, что эти все предположения неверны. Или что стресс юриста, который он испытывает рядом со страдающим клиентом, – нормальное человеческое явление. Для него есть диагноз – викарная («вторичная») травма.

Симптомы викарной травмы такие же, как и у непосредственной. У юриста могут быть нарушения сна или яркие кошмары, онемение во время общения с клиентами или, наоборот, необычная интенсивность переживаний. Например, навязчивые мысли о страшных событиях. Также часто встречается большая тревожность или страх, что поверенный попадет в такую же ситуацию, как его клиент. Некоторые юристы испытывают физиологические изменения. У них меняются привычки в еде, угасает сексуальное влечение, даже начинаются панические атаки.

Если юрист не чувствует себя обособленным от клиента (хоть и сочувствующим), если его переполняют эмоции настолько, что он не может конструктивно думать, – по этим признакам он может распознать викарную травму, говорит бывший юрист, а сейчас психотерапевт Сара Вайнштейн. «Эмоции постоянно берут верх над познанием», – объясняет она. Викарная травма может появиться в результате накопления травматического опыта или от одного-единственного воздействия.

Шэннон Калахан, старший советник Seyfarth Shaw, поделилась, что пережила викарную травму, когда занималась делом, связанным с психиатрической больницей и изнасилованием. «Мне было очень грустно, я не могла перестать плакать. Я избегала подобных дел. Не хотела опять потерпеть поражение, не хотела, чтобы оно отразилось на моем клиенте».

Иногда дела, над которыми мы работаем, несут с собой тяжелые последствия, однако наши возможности повлиять на исход являются ограниченными. Юрист может добиваться определенного результата, но должен помнить, что это может отразиться на его собственном благополучии.

Калахан говорит: «Я до сих пор думаю о своем клиенте: как там она после депортации. Я переживаю за нее, желаю ей всего лучшего и грущу, что проиграла. Чтобы помочь себе справиться, я говорю, что это был сложный случай и я сделала все, что смогла».

Много лет я боролась с хронической бессонницей, была в грусти и оцепенении, работала круглые сутки и наконец-то стала искать терапевта. Я расслабилась, когда узнала, что я не одна борюсь с этими чувствами, что это нормально – думать о своих клиентах и облегчать их боль. Я узнала, что могу стать более стойкой через практики осознанности и самопомощь. Я узнала, как не утонуть в страданиях клиентов и как, покидая офис, не «брать» работу с собой.

«Тем, у кого викарная травма, важно настроиться на сопереживание, но не на эмпатию с клиентами», – подчеркивает Вайнштейн.

Когда юристам нужна помощь

Когда вы сопереживаете, вы неравнодушны к страданиям окружающих и стремитесь их облегчить. Эмпатия означает, что вы становитесь на место клиента. Для юристов важно уметь обе вещи. Но юристы, которые часто работают со страдающими клиентами, должны себе напоминать, что они не клиенты.

Отделять себя от клиента – навык, который поможет вам добиться больших профессиональных высот и не получить травму самому. Еще важно свести к минимуму стресс в других сферах и заботиться о себе. Здоровые привычки – сон, правильное питание, физкультура – имеют большое значение.

Юристы могут быть немногословными. Разговоров о собственном стрессе легче избегать. К тому же часто мы можем отрицать наши страдания, а это чревато нездоровыми компенсациями. По мнению Вайнштейн, юристу надо искать психотерапевта, когда он больше двух-трех месяцев испытывает симптомы травмы – оцепенение, навязчивые мысли, физиологические изменения, сильный страх или беспокойство, что страшные события произойдут в его жизни.

Кому-то может показаться эгоистичным фокусироваться на своих страданиях в свете трагедии клиентов. Но успешным юристом может быть только тот, кто в порядке. Как говорят, наденьте кислородную маску сначала на себя, потом на окружающих.

Перевод статьи Джины Чу «Suffering can be the human consequence of lawyering».

Переживания и крепкая психика

Ирина Фаст из Гражданских компенсаций больше 20 лет помогает получать компенсации за вред здоровью или потерю кормильца. По ее словам, в первые годы она включалась эмоционально, переживала события каждого случая даже во сне. «Я тогда очень волновалась за близких, потому что каждый день видела, какой трагедией может обернуться обычная жизнь, – делится Фаст. – Затем защитные механизмы психики, видимо, взяли верх, и я стала спокойнее реагировать на дела своих клиентов».

Управляющий партнёр МКА Солдаткин, Зеленая и Партнеры Дмитрий Солдаткин защищает по уголовным делам и считает, что здесь адвокату изначально нужна крепкая психика. Его эмпатия выражается в том, что защитник должен сделать все возможное для доверителя, работать добросовестно и профессионально, правильно понять потребности клиента и не вводить его в заблуждение, перечисляет Солдаткин. Он уверен, что адвокат, погруженный в негативные эмоции клиента, не сможет в полной мере ему помочь, потому что ему самому нужна помощь.

Арбитражный управляющий Андрей Шафранов занимается банкротствами физлиц. «Конечно, я испытываю определенное сочувствие людям, которые переживают потерю работы, безденежье, болезни, развод», – рассказывает он. Но голову при этом надо оставлять холодной, убежден Шафранов.

Расчеты по договору еще не закончены, но стороны уже расписались, что все готово и претензий нет. Это отнюдь не редкая ситуация, признает старший юрист BGP Litigation Олег Хмелевский. Госзаказчик может просить оформить акты в конце года, чтобы он смог закрыть все договоры и перейти в следующий финансовый год «без хвостов», объясняет Хмелевский. При этом, по словам юриста, госзаказчик уверяет, что подрядчик получит недостающую сумму в следующем году – якобы тогда на оплату предоставят финансовые лимиты.

На самом деле они не выделяются на «прошлогодний» договор, и единственным способом получить деньги остается суд, продолжает Хмелевский. Но подписанный документ может стать в процессе доказательством против подрядчика. Особенно если подписан не только акт, но и соглашение о расторжении договора. Так произошло в деле № А84-1117/2016, где «Стройиндустрия» требовала 3,7 млн руб. с казенного учреждения «Управление по эксплуатации объектов городского хозяйства» Севастополя.

Компания взялась отремонтировать дорогу на одной из городских улиц за 5,4 млн руб. Из них она получила 1,6 млн руб. в качестве аванса. «Стройиндустрия» попыталась сдать результат летом 2015 года, но учреждение указало на дефекты ремонта. Их исправили. В результате бумаги о приемке стороны оформили в декабре 2015-го. В их числе был не только акт выполненных работ, но и соглашение о расторжении договора от 30 декабря 2015 года. В нем подтверждалось, что «подрядчик выполнил, а заказчик оплатил работы на сумму 5,4 млн руб., обязательства сторон прекращены, кроме гарантийных».

Прекратил или подарил

Следом «Стройиндустрия» подала иск, в котором заявила, что получила лишь аванс, но не оставшиеся 3,7 млн руб. Учреждение предъявило встречные требования. Оно решило действовать радикально и потребовало признать недействительным договор подряда, потому что компания якобы изначально представила недостоверные сведения. Три инстанции оказались единодушны в том, что встречный иск надо отклонить. Но разошлись в оценке первоначальных требований «Стройиндустрии».

АС Севастополя отклонил иск подрядчика, сославшись на соглашение о расторжении договора. Ведь истец не отрицал, что завизировал этот документ, не оспаривал его. Это решение исправил 21-й арбитражный апелляционный суд, который встал на сторону «Стройиндустрии». По его мнению, из решения первой инстанции можно понять, что подрядчик подарил заказчику ремонт ценой 3,7 млн руб. Но в документах ничего не говорится о том, что «Стройиндустрия» готова работать безвозмездно. Наоборот, в соглашении написано, что работы оплачены в полном объеме, указал 21-й ААС. Учреждение перечислило лишь аванс и никак не смогло доказать, что перевело оставшиеся 3,7 млн руб. Поэтому апелляция приняла решение взыскать эту сумму, учитывая то, что госзаказчику нужен был ремонт и он его получил. Такое решение поддержала кассация.

Но с ним не согласилась экономколлегия ВС. По ее мнению, стороны воспользовались свободой договора, когда записали в соглашении, что работы оплачены и обязательства прекращены. Эта сделка действует и никем не оспорена. При этом, уточнил Верховный суд, соглашение о расторжении нельзя квалифицировать как дарение. Ведь п. 2 ст. 572 ГК требует, чтобы намерение одарить было четким и ясным. Экономколлегия подытожила мотивировочную часть выводом, что учреждение не должно доказывать полную оплату работ, поскольку этот факт уже подтвержден соглашением. Таким образом, в силе осталось решение первой инстанции в пользу учреждения.

ВС исходил из того, что обязательство по оплате прекращено, пусть даже оно и не исполнено до конца, говорит партнер юркомпании Нортия ГКС Роман Тарасов. При этом ВС не расценил расторжение договора как предоставление «скидки» на недостающую сумму, обращает внимание Тарасов.

Экономколлегия приняла решение на основании соглашения о расторжении, а также в отсутствие доказательств факта неоплаты, комментирует руководитель судебной практики юрфирмы Клифф Елена Кузнецова.

Ксения Козлова из КА Делькредере солидарна с позицией Верховного суда: «При наличии действительного соглашения о расторжении, где стороны подтвердили исполнение обязательств по договору, суды не могли в этом деле рассматривать доводы истца о неполной оплате». Иного мнения придерживается руководитель юрдепартамента Национальной юридической службы «Амулекс» Надежда Макарова. Она напоминает, что расторжение договора прекращает обязательства, если иное не следует из их сути (п. 2 ст. 453 ГК). А суть строительного подряда как раз в том, что подрядчик выполняет работы, а заказчик их оплачивает, объясняет Макарова.

В деле «Стройиндустрии» было подписано соглашение о расторжении, но акт о приемке работ – это другой документ с другими юридическими последствиями, обращает внимание Тарасов. Если акт о приемке работ подтверждает, что все сделано и претензий нет, то это не мешает участнику договора доказывать в суде ненадлежащее исполнение обязательств, говорит Тарасов.

В то же время иногда такое противоречивое поведение могут расценить как недобросовестное, предупреждает Тарасов.

Не только подрядчик может требовать деньги – заказчик может быть недоволен качеством работ, которые он уже принял по акту. Козлова советует последнему своевременно заявлять возражения, ведь суды учитывают, сколько времени прошло между сдачей работ и предъявлением претензий. Они учитывают и другие обстоятельства. Например, недостатки скрытые или явные. В то же время нередко критика заказчика может объясняться лишь нежеланием оплачивать работы, признает Козлова. Юрист дала советы, какие доводы и доказательства пригодятся в таком споре.

В пользу стороны, которая имеет претензииВ пользу стороны, которая ссылается на подписанный актЗаключения специалистов о несоответствии качества/объема выполненных работ условиям договора, о нарушениях, которые повлияли на результат работ.Ссылки на положения договора, которые предусматривают порядок приемки работ и заявление возражений.Возражения заказчика, заявленные по ходу исполнения договора, но не исполненные подрядчиком.Отсутствие мотивированного отказа и возражений на актах приемки.Доказательства, что использовать результат работ невозможно (например, отказ ввести объект в эксплуатацию, отказ в госэкспертизе проектной документации).Доказательства, которые подтверждают, что заказчик был информирован о ходе выполнения работ (например, на объекте был супервайзер или проводились дополнительные исследования по ходу исполнения договора).Доказательства, подтверждающие скрытый характер недостатков (например, результат работ – технически сложный объект (проектно-изыскательные работы), при приемке работ невозможно проверить надлежащее выполнение).Доказательства использования объекта на момент рассмотрения спора (например, отделочные работы на объекте).

«Главный совет» даёт Хмелевский из BGP Litigation: в документах отражать только то, что было, а не то, что будет. Если всё-таки хочется отразить будущие факты, Хмелевский рекомендует прямо указать, что они только наступят.

В судебной практике наметилась тенденция к сохранению стабильности гражданского оборота, и из-за этого сделки признают недействительными лишь в исключительных случаях, говорит Елена Норкина, старший юрист ЮФ Волга Лигал. Исключением из этого являются оспаривания сделок по так называемым банкротным основаниям, отмечает она: «Участившееся число подобных разбирательств очевидно связано с нынешними экономическими реалиями».

Сроки и специальный субъект

Заявители объективно ограничены в возможности доказать основания недействительности обжалуемых соглашений, объясняет Полина Стрельцова, юрист по банкротным проектам ЮФ Vegas Lex: «Истцы не имеют доступа ко всей документации и сведениям, относящимся к оспариваемой сделке». Учитывая такую особенность, правоприменитель упростил задачу заявителям в подобных спорах. Истцам достаточно подтвердить существенность сомнений в реальности сделки и ее действительной цели, а ответчик уже должен опровергнуть эти аргументы (п. 20 Обзора судебной практики Верховного суда № 5, который утвержден Президиумом ВС РФ 27 декабря 2017 года).

Самое общее обстоятельство в таком оспаривании – злоупотребление правом при заключении сделки. Но чем более специальным будет основание, тем эффективнее признать соглашение недействительным, говорит Анастасия Муратова, юрист правового бюро Олевинский, Буюкян и партнеры.

Но в таких случаях и сложнее собрать доказательства, правильно их квалифицировать, сформировать правовую позицию, добавляет она. Эксперт поясняет, что на практике одна и та же сделка зачастую содержит в себе признаки недействительности по разным причинам одновременно: «Поэтому важен не только сбор доказательств (выписки по счетам должника, сведения о его имуществе на различные периоды, документы по конкретным сделкам), но и их правильная интерпретация».

В обсуждаемых спорах, по сравнению с обычным оспариванием, есть специальный субъект –это управляющий должника, обращает внимание Голенев. Но не на каждом этапе банкротства арбитражный управляющий наделен возможностью оспорить сделки, предупреждает Муратова. В процедуре наблюдения он таким правом не обладает. В споре о банкротстве ООО «НГЦ МЖК» (дело № А43-19799/2015) арбитражный управляющий Анна Кириллова оспаривала сделку несостоятельной организации по уступке долга, когда уже шло конкурсное производство. Но параллельно с этим суды постановили отменить решение о банкротстве предприятия и вернули фирму в процедуру наблюдения. Ссылаясь на это обстоятельство, три инстанции посчитали правильным не рассматривать требование Кирилловой о признании сделки недействительной, пока компания не войдет в конкурсный этап. Производство по заявлению управляющего приостановили. Суды указали на то, что по закону временный управляющий в процедуре наблюдения не может оспаривать соглашения банкротящейся фирмы.

Трудности возникают и при определении правильных сроков в этой теме. По общему правилу годичный срок для оспаривания подозрительной сделки считается с даты открытия конкурсного производства, говорит Артур Зурабян, руководитель практики международных судебных споров и арбитража ART DE LEX. Хотя управляющий или кредиторы могут доказать, что они узнали о спорной операции значительно позже. Так, в деле № А46-6454/2015 управляющий оспорил сделки банкрота через два года после принятия судом решения о несостоятельности предприятия. Тем не менее три инстанции признали столь позднее обращение законным, сославшись на то, что заявитель не получал первичные документы по спорным соглашениям и вообще узнал о них случайно, участвуя в другом разбирательстве.

Срок для оспариванияОснование для оспаривания1 месяц до принятия заявления о признании банкротом.

Когда сделка привела или может привести к досрочному удовлетворению требований одних кредиторов перед другими Если одному из кредиторов оказано предпочтение.

6 месяцев до принятия заявления.Когда сделка направлена на обеспечение обязательства, возникшего до ее совершения. Если операция изменила или может изменить очередность удовлетворения требований одного из кредиторов должника.6 месяцев до принятия заявления.Когда кредитор или контрагент по сделке знал о признаках несостоятельности должника или недостаточности его имущества.1 год до принятия заявления.Когда по сделке получено неравноценное встречное предоставление. Если цена в худшую для должника сторону отличается от цены по аналогичным операциям.3 года до принятия заявления.Если сделка причиняет вред имущественным правам и интересам кредиторов и другая сторона соглашения знала о такой противоправной цели. Вывод активов и банкротство банков

Но главные проблемы в банкротстве возникают, когда бенефициары должника пытаются спасти имущество. Для этого они используют различные схемы, одна из таких – вывести активы из несостоятельной компании путем заключения нескольких последовательных сделок между контрагентами, которые формально не связаны между собой. Зачастую в этой ситуации одно или несколько промежуточных звеньев в дальнейшем ликвидируются, объясняет Зурабян. Ранее подобные хитрости помогали не возвращать имущество в конкурсную массу, даже если сделки успешно оспаривались, говорит эксперт. Но сейчас судебная практика защищает добросовестных участников оборота, отмечает юрист. Теперь в таких делах суды не оценивают аффилированность банкрота с его контрагентами лишь по юридическим признакам (участие в уставном капитале общества, наличие полномочий на принятие решений от имени обществ), предупреждает Стрельцова. Суды стали смотреть на признаки фактической аффилированности между участниками спорного соглашения.

В подобных ситуациях получится применить и последствия недействительности сделки в отношении последнего приобретателя выведенных активов. Так, в деле № А40-33328/16 компания «Инвестиционный Торговый Бизнес Холдинг», получив от Инвестторгбанка кредит на 300 млн руб., по цепочке сделок передала эти средства другим фирмам и физлицам. Операции эти провели менее чем за год до того, как ЦБ назначил в банке временную администрацию – Агентство по страхованию вкладов. АСВ обжаловало спорные соглашения, доказав, что 300 млн руб. через цепочку сделок фактически ушли акционерам кредитной организации. Суды признали спорные соглашения недействительными и постановили, что истинные заемщики должны вернуть эту сумму банку.

Вообще, когда оспариваются банковские операции, совершенные перед банкротством кредитной организации, доказательства недобросовестности второго участника сделки порой не выдерживают никакой критики, возмущается Норкина. По ее словам, иногда кажется, что суду достаточно одного лишь заявления АСВ, чтобы признать такие сделки недействительными. Она замечает, что аналогичные ситуации возникают и с банками, которые не стали несостоятельными, а лишь переживают финансовые трудности. Так, в деле № А40-183445/2016 на втором круге рассмотрения АСГМ отказался взыскивать с санируемого банка «Уралсиб» возмещения по банковским гарантиям на $20 млн. Суд пришел к выводу, что сделки по выпуску гарантий наносят ущерб банку и другим его кредиторам. А бенефициар по спорным соглашениям является недобросовестным лицом, так как принял гарантии от «проблемной» кредитной организации, заключил суд.

Участниками подобных разбирательств при банкротстве кредитных организаций становятся и их заёмщики. Клиент Волжского социального банка внес очередной платеж по кредиту за месяц до того, как у банка отозвали лицензию. Если учитывать временной период, в который прошла эта операция, то временная администрация банка в лице АСВ добилась признания этой сделки недействительной (дело № А55-28168/2013). Заявитель указал, что клиент, перечисляя деньги ВСБ, знал о плачевном финансовом состоянии своего кредитора. Вместе с тем Норкина считает, что такие сделки надо оспаривать лишь в тех случаях, когда есть весомые доказательства осведомленности заемщика о проблемах банка, деньги клиента для погашения займа хранятся в этой же кредитной организации, а корреспондентский счет банка уже заблокирован.

Если говорить о еще одном основании («неравноценном встречном предоставлении»), то по нему получится оспорить сделки предбанкротного периода, когда ликвидное имущество должника продали по цене существенно ниже рыночной, приводит пример Евгений Пугачев из ЮФ Интеллектуальный капитал: «Или когда покупатель так и не заплатил деньги за приобретенный актив». Кроме того, по специальным банкротным основаниям можно оспорить не только договоры или соглашения, но и платежи должника, говорит юрист: «Например, банковский безналичный перевод, который в судебной практике расценивается как сделка».

В обсуждаемых спорах нередко приходится доказывать и осведомленность контрагента о неплатёжеспособности фирмы в ее предбанкротный период, чтобы признать сделку недействительной, замечает Муратова. Но подтвердить такой факт сложно, поэтому суды чаще всего принимают решение не в пользу заявителя. В деле № А40-16677/16 о банкротстве «Р-Холдинга» 9-й ААС разъяснил, что знание о наличии у предприятия многочисленных кредиторов еще нельзя приравнивать к осведомленности о неплатежеспособности компании.

Недостатки и сложности

Оспаривание сделок в банкротстве – это сложный комплексный процесс, который требует учесть финансово-экономическое состояние должника за период, предшествующий спорной операции, говорит Роман Речкин, старший партнер Интеллект-С. Кроме того, такое оспаривание, как правило, происходит не один месяц – за это время ответчик успевает вывести все свои активы, рассказывает Муратова. Поэтому даже успех в подобном деле вовсе не гарантирует, что удастся реально пополнить конкурсную массу должника, резюмирует Муратова.

Говоря о других недостатках в регулировании обсуждаемых отношений, Алмаз Кучембаев, руководитель юрагентства Кучембаев и партнеры, предлагает законодательно регламентировать, что оспаривать сделку по выводу имущества может любой взыскатель, а не только тот, который являлся взыскателем на дату спорной сделки. В заключение эксперт считает справедливым установить одинаковые правила по оспариванию подобных сделок для юридических и физических лиц – по аналогии со ст. 213.32 «Закона о банкротстве» («Особенности оспаривания сделки должника-гражданина»).